Отступление французской армии

 В ночь с 18 на 19 октября, пройдя через Калужскую заставу, французская армия быстрым маршем направилась на юго-запад, по Старой Калужской дороге. Наблюдая за выходом своих войск из Москвы, Наполеон не мог быть доволен их внешним видом и моральным состоянием. В обозе тянулись бесконечные фуры, телеги, возы, переполненные доверху награбленным добром. Император решил идти как можно более скорым маршем к Смоленску, но не по Старой Смоленской дороге, а через Калугу. Тракт Москва – Можайск – Смоленск был разорен еще во время движения к Москве. На дороге Москва – Калуга – Юхнов – Ельня – Смоленск оставались «нетронутые деревни» (выражение маршала Даву), а в Калуге – склады оружия и продовольствия.
Одновременно с активизацией действий соединенных русских армий под Тарутино, под Полоцком в наступление перешел 1-й отдельный корпус генерал-лейтенанта Витгенштейна. В его распоряжении имелось до 40 000 человек регулярного войска и Санкт-Петербургского ополчения. Витгенштейн должен был действовать совместно с корпусом барона Владимира Ивановича Штейнгеля, который насчитывал 9 000 человек. Численность неприятельских войск в районе Полоцка под командованием маршала Сен-Сира составляла 18 000 человек. За месяц затишья в боевых действиях, город был хорошо укреплен: на подступах к нему были возведены редуты и палисады.
18 октября несколькими колоннами (под командованием генерал-майора Григория Максимовича Берга, генерал-лейтенанта князя Льва Михайловича Яшвиля, подполковника Николая Алексеевича Столыпина) русские войска подошли к Полоцку. Около 11 часов, когда войска отряда Берга приблизились к Западной Двине между Полоцком и Струйней, перерезав Витебскую дорогу, несколько эскадронов французской легкой кавалерии предприняли атаку южнее Воловьего озера и захватили русскую батарею, но были остановлены огнем Могилевского пехотного полка и Санкт-Петербургского ополчения, затем отброшены контратакой Гродненского гусарского и Сводного Гвардейского полков. Русские войска предприняли несколько попыток взять Полоцк, но ни одна из них не завершилась успехом. На следующий день Витгенштейн активных действий не предпринимал, ожидая подхода корпуса Штейнгеля. В ночь с 19 на 20 октября, опасаясь окружения, Сен-Сир отдал приказ о выходе из Полоцка. Увидев отступление неприятельских войск, по приказу Витгенштейна русские атаковали город. Около 2-х часов ночи 20 октября русские вступили в Полоцк, захватив 2 000 пленных и большие запасы продовольствия.
События под Полоцком еще не были известны французскому императору, когда он покидал Москву. Чтобы пройти на Калугу, ему следовало перейти со Старой на Новую Калужскую дорогу. Чтобы скрыть от противника свои намерения и как можно дольше удержать русскую армию в Тарутинском лагере, Наполеон в тот же день отправил к Кутузову парламентера с письмом от маршала Бертье, в котором предлагалось придать войне «общепринятые правила и прекратить напрасное опустошение страны».
В авангарде основных сил Великой армии по Старой Калужской дороге шел 4-й «итальянский» корпус Великой армии под командованием генерала Эжена Богарне. 21 октября он достиг села Фоминского на Новой Калужской дороге. О появлении в селе французских войск в тот же день стало известно находившемуся неподалеку со своим летучим отрядом генерал-майору Дорохову, который немедленно доложил об этом в штаб Кутузова. Решив разгромить дивизию из корпуса Богарне, расположившуюся в Фоминском, Кутузов отдал приказ командиру 6-го пехотного корпуса Дохтурову атаковать ее утром 23 октября. Тем временем, авангард французской армии уже оставил Фоминское и вечером 22 октября занял город Боровск. В Фоминском же расположились на ночлег другие части армии. Обо всем этом русскому командованию известно не было.
Вечером 22 октября в штаб 6-го корпуса Дохтурова прибыл командир армейского партизанского отряда капитан Сеславин с пленным французским унтер-офицером. Пленный рассказал, что основные силы Великой армии находятся недалеко от Фоминского, готовясь к маршу на Малоярославец. Отправив известие об этом открытии Кутузову, Дохтуров решил, не дожидаясь приказа, выступить в сторону Малоярославца, чтобы у этого города преградить французам путь на Калугу. Основные силы русской армии под командованием Кутузова оставили Тарутинский лагерь вечером 23 октября и также направились к Малоярославцу. К этому времени передовые части неприятельской армии, пройдя через Боровск, уже подошли к Малоярославцу. Это были батальоны 13-й пехотной дивизии под командованием дивизионного генерала Дельзона (из 4-го пехотного корпуса принца Богарне).
Русские армии быстрым маршем шли к Малоярославцу. Первыми глубокой ночью к нему подошли со стороны села Спас-Загорье казачьи отряды атамана Платова. Обогнув город, они расположились на правом берегу Лужи недалеко от села Карижи. Около 5 часов утра к Малоярославцу прибыли полки 6-го пехотного корпуса Дохтурова. Солдаты 33-го егерского полка под командованием полковника Бистрома решительно атаковали поднявшегося по тревоге неприятеля и оттеснили его до реки. Однако они не смогли полностью освободить город. Французы укрылись за высокими стенами Черноостровского монастыря и сохранили в своих руках переправу – наскоро восстановленный мост через Лужу, который и удерживали за собою во время всего сражения. Это позволяло им вводить в бой из-за реки все новые и новые части, подходившие к Малоярославцу со стороны Боровска. К середине дня в Малоярославце сражались уже все дивизии корпуса Богарне, в том числе элитная 15-я итальянская дивизия и итальянская гвардия. Во второй половине дня в бой были введены дивизии 1-го корпуса Даву.
Подойдя к Малоярославцу в четвертом часу дня, главные силы Кутузова расположились на высотах вокруг города и перекрыли Калужскую дорогу. Даже захватив Малоярославец, наполеоновская армия не смогла бы теперь двинуться дальше. В течение 18 часов русские и французы сражались на узких улочках и площадях городка. Несколько раз Малоярославец переходил из рук в руки. Чудеса храбрости и героизма, проявленные солдатами обеих армий, были беспримерны и сделали день Малоярославецкого сражения таким же памятным для истории России, каким является день Бородинской битвы. В сражении за маленький городок было убито и ранено около 7 000 солдат наполеоновской армии. Потери русских оказались примерно такими же.
С наступлением темноты главные силы Кутузова отошли от Малоярославца и заняли выгодные оборонительные позиции на окружавших город высотах. Фельдмаршал провел эту ночь в сельце Немцово. Он понимал, что свою задачу русские армии выполнили: далее Малоярославца в южном направлении Наполеон двинуться не мог. На следующий день Кутузов отвел свои войска еще дальше от города, продолжая надежно контролировать дороги на Калугу.
Наполеон, весь день напряженно следивший за ходом сражения, убедился, что город прочно занят его войсками и ночевать уехал в деревню Городня, расположенную в 12 км к северу от Малоярославца. В эту ночь на военном совете в Городне решался вопрос о дальнейших действиях: продолжать ли пробиваться на Калугу, снова сразившись с русскими, либо попытаться обойти их с правого фланга, или отступить на Старую Смоленскую дорогу, ближе к своим оставшимся в тылу войскам. Мнения маршалов разделились: отступление на Старую Смоленскую дорогу грозило войскам гибелью от голода, а новое сражение с русскими обещало им более скорую гибель в бою.
Ранним утром 25 октября Наполеон в сопровождении небольшого эскорта отправился к Малоярославцу, чтобы осмотреть поле битвы и позиции, занятые русскими войсками. Едва отъехав от Городни, императорский эскорт подвергся неожиданному нападению казаков, вылетевших из леса. Еще не рассвело, и казаки, привлеченные находившимися неподалеку обозами и артиллерийским парком, не обратили особого внимания на группу французских военных на дороге, так и не узнав, что могли в тот же день завершить войну, взяв в плен самого Наполеона.
Еще накануне сражения Наполеон отправил 5-й корпус своей армии под командованием генерала Юзефа Понятовского, находившийся в Верее, для разведки состояния дороги между городами Медынью и Калугой. Недалеко от Медыни 25 октября состоялся бой между частями корпуса Понятовского и казачьими полками Иловайского и Быхалова. В результате боя, длившегося весь день, противник потерял убитыми 120 человек; в плен попали генерал Тышкевич, 3 офицера, врач, 70 нижних чинов. Казаки захватили весь польский обоз и 5 орудий.
25 октября Российская армия и армия Наполеона стояли друг напротив друга возле Малоярославца неподвижно. После получения известий о «Медынском деле» Кутузов решил, что Наполеон будет пытаться обойти его со стороны Медыни, и отправил туда дивизию генерала Федора Ивановича Паскевича, а сам с основными силами двинулся в сторону Калуги, к селу Детчино. Наполеон, в свою очередь, счел дорогу через Медынь плотно перекрытой казачьими отрядами и принял решение отступать от Малоярославца через Боровск, Верею и Можайск – на Старую Смоленскую дорогу. Трудное решение было принято им не сразу, но на следующий день Великая армия начала отступление, ставшее для нее роковым. Русская армия, отошедшая южнее Детчина, к селу Полотняный Завод, в последующие дни начала так называемое параллельное преследование Великой армии, продолжавшееся вплоть до изгнания ее из пределов России.
Для непосредственного преследования противника был откомандирован сначала лишь казачий корпус атамана Платова. Утром 31 октября казаки настигли арьергард французской армии у Колоцкого монастыря, нанесли быстрый и сильный удар, отбросив попытавшего перейти в контратаку противника. С тех пор они преследовали отступающую армию Наполеона буквально по пятам. 1 ноября Платов писал в рапорте Кутузову: «Неприятель преследуем столь живо… что он бежит так, как никогда никакая армия ретироваться не могла».
К 1 ноября Великая армия была уже у Гжатска. Арьергард, который составлял теперь 1-й армейский корпус Даву, занял оборону на подступах к городу. Казачьи полки атаковали позиции противника во фланг и в тыл, артиллерия обстреливала его с фронта. После двухчасового боя неприятель вынужден был отступить.
Двигаясь вдоль Смоленской дороги, русская армия почти настигала арьергард противника. 3 ноября наш авангард под командованием генерала Милорадовича вышел на Смоленскую дорогу восточнее Вязьмы и попытался отрезать арьергард Великой армии от ее основных сил. Сзади корпус Даву по-прежнему подпирали казаки Платова. С решимостью отчаяния солдаты «железного маршала» пошли на прорыв, смогли одолеть своего противника и соединиться под Вязьмой с основными силами армии. Здесь французское командование попыталось организовать оборону. Но после нескольких часов ожесточенного боя, в ходе которого Наполеон потерял около 6 000 человек убитыми и ранеными и почти 2 500 пленными, был отдан приказ об отступлении. Потери русских в этом бою составили около 800 человек убитыми и 1 000 ранеными.
Когда передовые части наполеоновской армии достигли Вязьмы (3 ноября), ударили первые морозы, температура сразу упала градусов на 18–20 ниже нуля. Это был новый враг, против которого невозможно было устоять. Солдаты доставали награбленное добро, которое все еще продолжали тащить с собой, наворачивали поверх мундиров женские платки, юбки, церковные ризы, чтобы хоть как-то защитить себя от ужасного холода. Зима 1812 года выдалась в России особенно морозной. Старожилы говорили, что таких холодов не было уже несколько десятилетий.
От Вязьмы главные силы французского императора двинулись на Дорогобуж, а затем – в Смоленск, куда прибыли 9 ноября. В этот день возле селения Духовщина, на реке Вопь казаки атамана Платова атаковали корпус Богарне, направлявшийся к Витебску для поддержки войск Сен-Сира и Удино. Противник понес огромные потери и, бросил почти всю артиллерию, бежал.
В приказе по армии от 10 ноября Кутузов призывал войска готовиться к решающим боям за освобождение России. Надеясь закрепиться в Смоленске, Наполеон сосредотачивал здесь свою армию. Но сделать этого не удалось: в городе не оказалось достаточных запасов продовольствия. 14 ноября французская армия покинула Смоленск и двинулась через Красный на Оршу.
Русское командование решило нанести удар по войскам неприятеля, растянутым от Смоленска до Красного. Бои под Красным начались 15 ноября и продолжались 4 дня. 17 ноября части 1-го армейского корпуса маршала Даву были отрезаны от основных сил французской армии. В боях под Красным наполеоновская армия потеряла около 10 тысяч человек убитыми, от 19 до 30 тысяч пленными, более 200 орудий и 6 полковых знамен. Русские потери составили около 2 тысяч человек убитыми и ранеными. За победу под Красным многим военачальникам были пожалованы награды. Сам Кутузов был награжден орденом Святого Георгия I-го класса и почетной приставкой к фамилии – «Смоленский».
Преследование неприятеля давалось русским войскам ценой огромных усилий. Сравнительно небольшими были боевые потери, но жестоко косили людей голод, холод и болезни. Армия снабжалась плохо: зимние полушубки, необходимость в которых возникла еще под Вязьмой, во многие части поступили только к Смоленску; солдаты по несколько недель не получали хлеба; лекарств катастрофически не хватало. Однако моральный дух войск оставался высоким: они освобождали от врагов родную землю.
К последнему серьезному рубежу перед русской границей – реке Березине – Наполеон подошел 24 ноября. К этому времени у него оставалось лишь 30–40 тысяч боеспособных людей и 35–40 тысяч безоружных, отставших и больных. Главная русская армия во главе с Кутузовым отстала на три перехода, но с севера к Березине подошли войска под командованием Витгенштейна, с юга – войска Чичагова.
Чтобы избежать окружения и истребления остатков армии, Наполеону необходимо было действовать быстро. Ему удалось обмануть русских, создав видимость наведения переправы через Березину у села Ухолоды. Пока русские войска сосредоточивались вокруг этого места, наполеоновская армия переправлялась по трем наведенным мостам у села Студянки в течение целых трех дней – с 26 по 28 ноября. К концу этого срока обман был обнаружен. К месту переправы по правому берегу подошла армия под командованием Чичагова, по левому – корпус Витгенштейна. На обоих берегах завязался бой. Чтобы не дать русским частям перейти Березину сразу вслед за своими обозами, Наполеон приказал сжечь мосты. Обозы, сопровождавшие армию «некомбатанты» почти целиком попали в руки русских. При этом в огне горящих мостов и в ледяных водах реки погибло несколько тысяч шедших в арьергарде солдат.
Несмотря на тяжелейшее положение французской армии, русское командование упустило возможность окружить и уничтожить ее. Наполеону удалось сохранить лишь своих маршалов, генералитет и офицерский корпус, а также цвет армии, своих любимцев – знаменитую Старую Гвардию. Тем не менее, понесенный урон был сокрушительным: Великая армия, фактически, перестала существовать. Всего во время переправы через Березину французский император потерял от 30 000 до 50 000 человек. Через три дня после переправы выяснилось, что в строю осталось всего около 9 000 бойцов: 2 000 офицеров и 7 000 рядовых (почти исключительно – гвардейцев). И только теперь Наполеон решился подготовить общественное мнение Европы и Франции к восприятию случившегося. 3 декабря он составил 29-й бюллетень, который французы назвали «погребальным» – своего рода некролог Великой армии. Признавая свое поражение, император объяснял его исключительно превратностями русской зимы.
В местечке Сморгонь на военном совете Наполеон объявил своим маршалам о том, что покидает их и отправляется в Париж, чтобы сформировать новую армию и возобновить войну с Россией на следующий год. Передав командование маршалу Мюрату, 5 декабря император тайно отбыл во Францию. И теперь, из Сморгони, остатки Великой армии бежали в полном беспорядке. 8 декабря они достигли Вильно. Здесь у французской армии были подготовлены склады провианта и фуража, но толпы мародеров, первыми ворвавшиеся в город, разграбили их. 10 декабря к Вильно подошли передовые части русской армии, и французы поспешно покинули город. Через три дня они вышли к Ковно и подошли к Неману в том самом месте, в котором переправлялись на русскую землю полгода назад.
Война, фактически, была закончена. 25 декабря по старому стилю (ныне мы его отмечаем 7 января), в день Рождества Христова, император Александр I издал Манифест об окончательном изгнании неприятеля с территории страны, в котором говорилось: «Какой пример храбрости, мужества, благочестия, терпения и твердости показала Россия! Вломившийся в грудь ее враг всеми неслыханными средствами лютостей и неистовств не мог достигнуть до того, чтобы она хотя единожды о нанесенных ей от него глубоких ранах вздохнула. Казалось с пролитием крови ее умножался в ней дух мужества, с пожарами градов ее воспалялась любовь к отечеству, с разрушением и поруганием храмов Божиих утверждалась в ней вера и возникало непримиримое мщение. Войско, вельможи, дворянство, духовенство, купечество, народ, словом, все государственные чины и состояния, не щадя имуществ своих, ни жизни, составили единую душу, душу вместе мужественную и благочестивую, только же пылающую любовь к отечеству, только любовью к Богу!»